К 220-летию со дня рождения Прокопия Громова (1801-1880) — настоятеля Петропавловского собора. Из цикла «ЖЗЛ».

Прокопий Громов (1801 — 1880).                                                         Фото с сайта https://www.yakutskhistory.net/духовная-жизнь/православные-просветители/протоиерей-прокопий-громов-путь-из-иркутска-в-камчатку/

Прокопий Васильевич Громов (1801–1880). Священник, ученый-историк, исследователь Камчатки и Сибири, писатель, кафедральный протоиерей (более 50 лет исполнял свой пастырский долг), ветеран духовной семинарии (воспитанник, преподаватель, ректор), первый редактор «Иркутских епархиальных ведомостей» (1863 — 1870), один из учредителей Сибирского отдела Русского географического общества, коллекционер книг. Прокопий Васильевич занимался вопросами статистики, участвовал в работе различных комиссий по снаряжению научных экспедиций, редактировал присылаемые для публикации статьи по этнографии, статистике Сибири, выступал с научными докладами. Награды: ордена Св. Анны 3-й и 2-й ст., Св. Владимира 3-й ст.

Иркутский Казанский собор на Тихвинской площади. Из фондов музея.

Родился 7 июля 1801 г. в семье тулунского священника. В 1822 г. закончил Московскую духовную семинарию, академию, получил звание кандидата богословия. Когда возвратился в Иркутск Прокопий Васильевич был определен на службу в Иркутскую духовную семинарию где преподавал церковную историю, еврейский язык и исполнял обязанности секретаря семинарского правления.

6 мая 1823 г. он вступил в брак с 14-летней Екатериной Васильевной Курбатовой, дочерью небогатого иркутского чиновника. Брак оказался на редкость удачным. Екатерина Васильевна была верным другом и помощницей Прокопия Васильевича, разделила все тяготы его духовного служения в Иркутской и Камчатской епархиях. Екатерина Васильевна родила Громову 12 детей. Некоторые их сыновья стали священнослужителями.

Петропавловский собор, начало XX в. из альбома Б. Дыбовского. Из фондов музея.

31 мая 1823 г. в Иркутском Вознесенском мужском монастыре П. Громов был рукоположен в сан священника Иркутской Благовещенской церкви.

1 марта 1824 г. П. Громова назначили присутствующим в Иркутскую духовную консисторию и цензором церковных проповедей. В число его обязанностей входила и переписка с Камчаткой. Тогда П. Громов не думал, что ему придется там служить.

Посёлок Николаевка. Бывшая церковь потом школа. Из фондов музея.

25 июля того же года «за похвальное поведение и особенную деятельность по церкви, консистории и семинарии и за постоянное прилежание в проповеди слова Божия» его произвели в протоиереи Иркутской Тихвинской (Воскресенской) церкви. В конце 1830 г., по распоряжению архиепископа Иркутского, Нерчинского и Якутского Иринея (Нестеровича), Прокопий Васильевич был переведен на служение в Иркутский Богоявленский кафедральный собор и стал первым членом вновь утвержденного комитета по делам духовной миссии в Иркутске, благочинным Нижнеудинского собора, Иркутских и четырех подгородных церквей.

Церковь в селении Ганалы, 1915 г. Из фондов музея.

По воспоминаниям современников, Громов «…был небольшого роста и слабого телосложения. Не совсем представительный вид до какой-то степени компенсировался чрезвычайной аккуратностью в одежде и даже щеголеватостью, доходящими до самых крайних пределов, дозволенных священнослужителю. А характером он обладал горячим и раздражительным, из-за чего случались и неприятности. К окружающим относился строго, но не без сердечности. Отличался хорошей памятью. Охотно участвовал в разного рода общественных начинаниях, много читал и собирал библиотеку. В ней имелись не только книги, но и древние рукописи»

Петропавловский собор, 1914 г. Из фондов музея.

Интересна история, связанная с переводом П. Громова на Камчатку. В 1827 г. через Иркутск проезжал на Камчатку Матвей Александров, будущий поэт, следуя на службу секретарем начальника края А. В. Голенищева. В те годы в Иркутске, отдаленном на тысячи верст от Европейской России, каждый проезжий был почетным гостем в лучших домах. За чашкой чая на встрече у архиепископа Михаила II (Бурдукова), на которой присутствовал и Прокопий Васильевич, гость с большим уважением отозвался о священнике Иоанне Вениаминове. Согласившись с ним, преосвященный вежливо заметил, что есть и другие священнослужители, готовые «хоть сейчас отправиться на край света, ну хотя бы в ту же Камчатку, чтобы повторить, а то и превзойти дела Вениаминова». Молодой человек усомнился. И тогда архиерей спросил П. Громова и его товарища по Московской духовной академии К. Шастина, согласны ли они последовать на Камчатку. Ответ обоих был утвердительный.

Остров Медный. Церковь в селении Преображенском, 1921 г. Из фондов музея.

Спустя почти год, в апреле 1828 г., через Иркутск ехал начальник Камчатки капитан 2-го ранга (впоследствии генерал-лейтенант) Аркадий Васильевич Голенищев. Согласно полученной им инструкции, он должен был сменить камчатское духовенство. Архиепископ вспомнил ранее сказанные слова П. Громова и пригласил его к себе. Протоиерей понравился А. Голенищеву, и тот одобрил выбор преосвященного. Но П. Громов отказался, сославшись на то, что у него росли два сына и супруги ожидали третьего ребенка. Вместо него на Камчатку отправился протоиерей К. Шастин. Чувствуя себя в долгу, Прокопий Васильевич пообещал по истечении срока его служения приехать на смену.

Прошло пять лет, когда 19 августа 1833 г. А. Голенищев, имея в виду прежнюю договоренность с иркутским архиепископом, попросил назначить П. Громова. Архиерей познакомил протоиерея с письмом начальника Камчатки и, напомнив об однажды данном им обещании, предоставил решение вопроса ему самому. В конце концов дело решил жребий. На бумажках написали: «Иркутск», «Камчатка», помолились, и четырехлетний сын П. Громова Иннокентий, который был причиной отказа от поездки отца пять лет тому назад, вытянул из шапки бумажку со словом «Камчатка». Прокопий Васильевич тут же заявил о своем решении ехать в далекий и суровый край.

Селение Паратунка, 1937 г. Слева бывшая церковь. Из фондов музея.

Отъезду предшествовали долгие и тщательные сборы. 2 мая 1834 г. он с семьей (к тому времени у Громовых было три сына и дочь), двумя священниками и причетниками отправился в путь, который растянулся на тысячи верст по мало обжитым и пустынным местностям Якутской области. Впоследствии П. Громов поделился впечатлениями и подробностями этого путешествия с читателями в серии заметок, опубликованных на страницах «Иркутских епархиальных ведомостей». Через три месяца, побывав и на телегах, и на плотах, и в лодках, и в седлах, они добрались до Охотска. После небольшого отдыха погрузились на транспорт «Елисавета», который вышел из Охотска 22 августа. Наконец, 15 сентября все благополучно прибыли в Петропавловск.

Остров Беринга. Амбулатория (бывшая церковь) 1924 г. Из фондов музея.

Из книги П. Громова «Путь от Иркутска в Камчатку»:

«Рано поутру передъ свѣтомъ 22 Августа, въ день коронаціи покойнаго Государя Императора Николая Павловича, помѣстили насъ на транспортъ „Елисавета“ суденышко двухмачтовое и утлое. О тѣснотѣ говорить нечего; во время ночи мои ноги должны были лежать на ногахъ слѣдовавшаго въ Камчатку Исправника или его на моихъ. Но меня на первый разъ заняли новый міръ и новыя рѣчи: право на бортъ! грото-брасъ отдай! марсо—фалъ подтяни! бизань на гитовы! и т. п. Морская болѣзнь сей же часъ меня охватила, должно быть въ слѣдствіе того, что охотскіе балы и пиры не всегда давали возможность хорошо высыпаться; въ послѣдствіи она дѣйствовала на меня только чрезъ наведеніе какого-то особенно тяжелаго, мрачнаго чувства. Плаваніе наше по Охотскому морю было безбѣдно. 5 Сентября съ разсвѣтомъ увидѣли мы проливы, отдѣляющіе Охотское море отъ Восточнаго Океана. Въ 6 часовъ утра вступили въ одинъ изъ проливовъ. Моментъ вступленія ознаменованъ былъ пушечною пальбою съ нашего судна болѣе потому, что въ этотъ день наша «Елисавета» была именинница».

«Плаваніе наше по Океану, какъ прежде и по Охотскому морю, было безъ бурь, безъ штормовъ, но слишкомъ медленное, что замѣчено было нами, даже незнакомыми съ морскимъ дѣломъ, особенно въ виду береговъ Камчатки.

Наконецъ 15 Сентября съ разсвѣтомъ указали намъ на устье Авачинской губы, чрезъ которое входъ въ Камчатку. Около судна во множествѣ рѣзвились морскія свинки (дельфины). При крѣпкомъ попутномъ вѣтрѣ, и подъ порядочнымъ дождемъ вошли мы въ Авачинскую губу; въ 11-ть часовъ утра обогнули Раковый мысъ, и въ распадкѣ съ юга на сѣверъ показались хижины пресловутаго Петропавловскаго порта, крытыя травою, не исключая дома Начальника Камчатки. Ближе къ берегу стояла, крытая тесомъ, низменная церковь, но въ такомъ еще среди самаго распадка углубленіи, что едва можно было отличить ее отъ хижинъ обывательскихъ. При видѣ зданій у меня выкатились слезы, жгучіе, какъ будто предвѣщавшіе мнѣ особенное горе въ этой пустынѣ….»

Петропавловский Собор и метеостанция. Конец XIX в. Из фондов музея.

«Изъ Собора пришелъ я съ семьею къ Начальнику Камчатки, давно знакомому Аркадію Васильевичу Голенищеву….Послѣ обѣда не зналъ я, куда главу приклонить; выискался одинъ добрый священникъ отецъ Василій Сизой, теперь покойный, награди его Господи царствіемъ небеснымъ! который пригласилъ меня въ свою тѣснинькую хижину, буквально набитую собственною его семьею. Дня черезъ три Аркадій Васильевичъ отвелъ мнѣ квартирку, очень неудобную, но единственную въ Портѣ, отвелъ, не по долгу, а изъ милости, которая поставила меня въ постороннюю зависимость, такъ какъ собственной квартиры при 3—4 домахъ обывательскихъ, и среди 60 хижинъ матрозскихъ нанять мнѣ не было никакой возможности».

Бывшая церковь в селении Малки, 1938 г. Из фондов музея.

«Къ тому не забыть мнѣ, что найдя въ отведенной мнѣ квартирѣ однѣ черныя стѣны, за неимѣніемъ стола и стульевъ долженъ я былъ съ семьею, по обычаю кочевыхъ племенъ, сидѣть на полу на дорожныхъ ящикахъ, и одинъ изъ этихъ обтянутыхъ кожею ящичковъ служилъ при обѣдѣ и ужинѣ вмѣсто стола. Пища готовилась для варенія буквально на полу. Подъ такими-то впечатлѣніями началось мое служеніе въ Камчаткѣ».

На Камчатке протоиерей Прокопий Васильевич Громов стал настоятелем Петропавловского собора, Благочинным Камчатских церквей и пробыл на Камчатке до 1846 г. Громов изучил языки коренного населения, вел дневник, опубликовал более 30 работ духовного и светского содержания. Особенно ценно для Камчатки его «Историко-статистическое описание камчатских церквей», изданное в 1857 г. в Санкт-Петербурге.

Судьба отца Прокопия Громова изобиловала и взлетами, и скорбями. За добросовестную службу в Церкви он был удостоен орденов св. Анны и св. Владимира. Он был счастливым мужем и отцом двенадцати детей. Однако в старости ему пришлось испытать великие скорби. Из двенадцати детей умерло девять, а также супруга. Кроме того, его постиг удар, от которого он не оправился, дом его сгорел в пожаре 1879 года. Сгорели рукописи, книги, дневники, которые он вел всю свою жизнь. Умер 31 августа 1880 г.

Нижне-Камчатская церковь Успения Божией Матери.Фото И. Ванштейна. Из фондов музея.

Источники: Первосвятитель Иркутский, епископ Иннокентий I (Кульчицкий) / сост. В. В. Сидоренко; — Иркутск: 2006 г.

Куликаускене Н. В. «Честь и краса местного духовенства» : протоиерей Прокопий Васильевич Громов // Прошлое – будущему : сб. ст. / Н. В. Куликаускене. Иркутск, 2012

Прокопий Громов https://www.yakutskhistory.net/духовная-жизнь/православные-просветители/протоиерей-прокопий-громов-путь-из-иркутска-в-камчатку/

Соч.: Начало христианства в Иркутске и святый Иннокентий – первый епископ Иркутский. Иркутск, 1868.

Лит.: Ширяев С.Т. Историко-статистическое описание Камчатских церквей протоиерея Прокопия Громова // Третьи междунар. ист. и Свято-Иннокентьевские чтения, посвящ. 300-летию присоединения Камчатки к России. Петропавловск-Камчатский, 1999.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: