Митрополит Нестор (в миру Николай Александрович Анисимов) родился 9 ноября 1885 года в Вятке, в день празднования иконы Божией Матери «Скоропослушница», в семье военного чиновника Александра Александровича Анисимова (статского советника) и Антонины Евлампиевны, дочери настоятеля кладбищенской церкви в честь Ахтырской иконы Божией Матери в Вятке.
В 1898–1904 годах Николай учился в Казанском реальном училище. На время летних каникул дети с матерью приезжали погостить к остававшейся в Вятке бабушке. Летом 1904 года, во время пребывания Николая в Вятке, он впервые встретился с протоиереем Иоанном Кронштадтским, который исцелил его тяжело болевшую мать.
С раннего детства Николай отличался глубокой религиозностью. После окончания училища стал послушником Казанского Спасо-Преображенского монастыря, а затем поступил на миссионерские курсы при Казанской духовной академии по калмыцко-монгольскому отделению. После окончания курсов он продолжал жить в Спасо-Преображенском монастыре.
14 лет своей жизни митрополит Нестор (Анисимов) посвятил трудам непосредственно на полуострове Камчатка, начав рядовым миссионером в Гижигинском приходе в сане иеромонаха (1907 г.) и закончив этот период в должности правящего архиерея Камчатской и Петропавловской епархии (1921 г.). Затем он еще 25 лет с гордостью носил этот титул в эмиграции (г. Харбин, Маньчжурия) до назначения его Экзархом Московского Патриархата по Юго-Восточной Азии (1946 г.).
Камчатский период служения будущего митрополита является наиболее ярким во всей его подвижнической жизни. Рядовому монаху-священнику удалось создать Камчатское Православное Братство во имя Нерукотворного Образа Всемилостивого Спаса почти всероссийского масштаба, Камчатскую Духовную миссию, ему удалось сыграть решающую роль в образовании Камчатской и Петропавловской епархии, он же стал и ее первым правящим архиереем. Среди других важных исторических событий, раскрывающих большой талант миссионера, глубокой веры священнослужителя, крупного организатора духовной жизни и просвещения на полуострове, отдельно стоит факт отношений молодого миссионера-священника с Августейшей Семьей последнего российского Императора св. страстотерпца Николая II.
Во второй половине XIX и в начале ХХ в. в связи с переключением внимания царского трона и правительства на решение проблем присоединения и закрепления за Россией дальневосточных территорий, Камчатская жизнь пришла в полный упадок. Особенно на севере полуострова.
В апреле 1907 года Николай принимает монашеский постриг с именем Нестор в честь преподобного Нестора Летописца. В мае 1907 года возводится в сан иеродиакона, а спустя три дня посвящается в иеромонахи. В июне 1907 года отец Нестор отправился миссионером на Камчатку к архиепископу Евсевию Владивостокскому и Камчатскому.
Небольшой эпизод из жизни коренного населения в 1907 г., который оставил нам митрополит Нестор (Анисимов) в своей книге «Мои воспоминания»: «В юртах, где мне приходилось жить некоторое время, чтобы, по мере сил моих и примитивных познаний в медицине, облегчить страдания больных, я встречал буквально полусгнивших людей. Вот, например, в одной из юрт ползет по земле десятилетний мальчик, покрытый страшными гнойными язвами. Бессвязным, глухим стоном он просит помощи и облегчения. Его не менее несчастная, чем он, мать старается облегчить страдания своего дитяти, но делает это, по своей некультурности, диким образом. Она выскабливает его гнойные коросты тупым рабочим, грязным ножом и им же потом режет рыбу, вытирая раны и нож одной и той же меховой тряпкой или подолом меховой кухлянки.
В другой юрте меня ужаснуло такое зрелище: на земляном полу копошилась совершенно голая семья калек. Старик с отгнивающими ногами болезненно стонал, пытаясь передвигаться с места на место. Мать и ее восьмилетний ребенок также беспомощны, искалеченные болезнью, ползают по юрте, а единственный сын-работник на охоте и на рыбном промысле, их кормилец»
В 1907–1909 годах иеромонах Нестор добросовестно, часто с риском для жизни, исполняет свое пастырское служение, проповедуя слово Божие и обращая в веру Христову язычников-камчадалов. Глубокое уважение к людям, их языку и традициям, постоянная готовность оказать помощь больным, немощным и обиженным снискали иеромонаху Нестору глубокую любовь и доверие паствы в самых отдаленных уголках огромного Камчатского края.
Отец Нестор всегда старался прийти на помощь своей пастве, часто страдавшей от тяжелых лишений, голода и эпидемий. После случившегося в августе 1907 года наводнения в Гижиге Отец Нестор немедленно написал письма: «Я написал призывные письма Владыке Евсевию во Владивосток, епископу Андрею в Уфу, а также отцу Иоанну Сергиеву в Кронштадт. Мои послания достигли цели спустя лишь год. В ответ я получил ободряющие письма, кроме того, денежную помощь и продуктовые посылки для пострадавших от стихийного бедствия». Но всё же средств на просветительскую и благотворительную деятельность катастрофически не хватало, поэтому отец Нестор считал необходимым создание всероссийского братства или общества для помощи коренным жителям Камчатской области и организацию для них особой духовной миссии.
В начале 1910 года, получив благословение правящего архиерея, отец Нестор отправляется в Санкт-Петербург, где ему удается привлечь к идее создания Братства широкую православную общественность, депутатов Государственной Думы и заручиться личной поддержкой государя Николая Александровича, государыни Александры Федоровны и вдовствующей императрицы Марии Федоровны.
В результате этих усилий в сентябре 1910 года во Владивостоке было открыто Православное Камчатское братство в честь Нерукотворного образа Всемилостивого Спаса. В 1910–1917 годах на средства братства на Камчатке были построены десятки церквей, часовен, школ, приютов, больниц, лепрозориев и амбулаторий.
Изучив тунгусский (эвенкийский) и корякский языки, иеромонах Нестор перевел на местные языки Божественную литургию, частично Евангелие, составил словарь и разговорные вопросы, и ответы на корякском языке. На тунгусский язык перевел молитву Господню «Отче наш», 10 заповедей и заповеди блаженства.
Впервые властные структуры России и общественность на гижигинского миссионера обратили внимание в Москве в 1909 г., где с 27.09 по 04.10 проходил Монархический съезд, на котором в последний день иеромонах Нестор выступил с докладом. Его выступление привлекло произвело сенсацию, и к нему было обращено сугубое внимание. Выступление миссионера с камчатки заставило скорректировать некоторые пункты постановления съезда. В частности, в 20 пункте говорится:
«С большим интересом был заслушан и принят к сведению доклад иеромонаха Нестора, миссионера Камчатки… о печальном положении населения, как русского, так и инородческого. Переселение в этот край, обильный пушниной, рыбой и минеральными богатствами, возможно преимущественно для охотников, рыболовов и рудокопов, при условии снабжения полуострова хлебом из плодородных местностей Приморской области, усиления и ускорения пароходного сообщения с полуостровом. Господами края и желанными гостями для камчадалов являются ныне японцы и американцы, снабжающие край в изобилии спиртом, в обмен на пушнину и рыбу…
…Отдаленнейший край наш. Камчатка, который в настоящее время подвергается большой опасности захвата со стороны Японии и Америки, должен обратить внимание правительства… на всестороннее изучение Камчатки, быта ее населения и ее природных богатств; а население необходимо оградить от бессовестной эксплуатации и спаивания его как со стороны скупщиков, так и со стороны нередко самой администрации».
Когда началась Первая Мировая война, о. Нестор находился в Петербурге. Желая послужить Отечеству, он сформировал и возглавил санитарный поезд «Первая помощь под огнем», передавал донесения, ходил в разведку и участвовал в конной атаке. Всего на передовой он провел больше года. Он был награжден — Крестом на Георгиевской ленте, орденами св. Анны II и III степеней с мечами, св. Владимира III степени с мечами и орденом св. Николая.
В 1915 г. о. Нестор был возведен в сан архимандрита и отозван на Камчатку, а еще через год, в возрасте 30 лет, он был рукоположен в первого самостоятельного епископа Камчатского и Петропавловского.
Отец Нестор организовал и возглавил санитарный отряд «Первая помощь под огнем» и лично выносил с поля боя раненых, перевязывал их, утешал и организовывал отправку в лазареты. За героизм игумен Нестор был удостоен высшей духовной военной награды — права ношения наперсного креста на георгиевской ленте и нескольких боевых орденов.
В конце 1915 года отец Нестор был отозван с фронта, возведен в сан архимандрита и продолжил свою пастырскую миссию на Камчатке.
В 1916 году по постановлению Святейшего Синода избран в первого самостоятельного епископа Камчатского и Петропавловского и в октябре 1916 года был хиротонисан во епископы во Владивостоке.
В 1917-18 гг. епископ Нестор представлял Камчатку на Всероссийском Поместном соборе и избрании Патриарха. В дни захвата власти в Москве большевиками он отправился на улицы города помогать раненым. В письмах и документах он описывает эти дни как сатанинское безумие, охватившее сердца и души людей. По благословению Собора, епископ Нестор обобщил результаты работы «Комиссии по описанию и фотографированию ущерба, причиненного большевиками», в брошюре «Расстрел Московского Кремля». Обращаясь к русскому народу, он писал, что обстрел Кремля был преднамеренным — пострадали все до одного храмы и Патриаршая ризница, и неоправданным — несколько десятков находившихся в Кремле юнкеров и офицеров не могли оказать большевикам значительного сопротивления. Борьбой с большевизмом епископ Нестор занялся со всей своей горячностью, известна его фраза, сказанная на Соборе: «Сейчас нам дорог каждый факт, способный возбудить в народе ненависть к большевикам».
В 1917–1918 годах епископ Нестор участвует в Поместном Соборе и выборах патриарха Тихона. После октябрьских событий 1917 года работает в Москве в комиссии по фотографированию и описанию повреждений Кремля под председательством священномученика Вениамина, митрополита Петроградского.
В январе 1918 г. епископ Нестор участвовал в подготовке одной из безуспешных попыток освобождения Государя Николая II и его семьи. В феврале 1918 г. владыка был арестован, а весь тираж «Расстрела Московского Кремля» изъят. На свободу он вышел через месяц, после многократных ходатайств Поместного Собора о его освобождении. После завершения работы Собора епископ Нестор с большими трудностями через Киев, Одессу, Крым, Турцию, Сирию, Египет, Индию и Китай добирается до Петропавловска-Камчатского, где продолжает свое епископское служение. Вскоре, однако, большевики изгоняют владыку с Камчатки.
В ноябре 1918 г. епископ Нестор отправился сначала в Киев с посланием от Патриарха Тихона к митрополиту Киевскому Антонию, а затем в Крым. В Крыму он как духовник вдовствующей императрицы Марии Федоровны и Великого Князя Николая Николаевича занимался подготовкой их отъезда в Константинополь, и на одном корабле с ними покинул Европейскую Россию. В Сибири шла гражданская война, и из Константинополя во Владивосток ему пришлось добираться три месяца через Египет, Суэцкий канал, Порт-Саид, Гонконг и Шанхай.
В 1921 году епископ Нестор основывает Камчатское подворье в Харбине (Маньчжурия), а позже Дом милосердия и трудолюбия, приют для детей-сирот русской и китайской национальности, приют для пожилых людей с хроническими заболеваниями, слепых и больных калек, приют для юношей-наркоманов, приют глухонемых, дом для психически больных, школы с различными прикладными искусствами: живописи-иконописи, рукоделия, шитья и кройки, столярных и ткацких ремесел, сапожной мастерской; бесплатные столовые для бедноты, бесплатную амбулаторию, зубоврачебный кабинет в Доме милосердия.
В 20–30-х годах владыка находится в ведении Заграничного Синода и посещает некоторые страны Европы и Азии, встречаясь с иерархами Русской Православной Церкви за границей, предстоятелями некоторых поместных Православных Церквей и инославных юрисдикций. Несколько раз совершает паломничество на Святую Землю.
В 1933 году епископ Нестор был возведен в сан архиепископа.
Летом 1937 года новый предстоятель РПЦЗ митрополит Анастасий (Грибановский) поручил владыке Нестору организовать Православную духовную миссию в Индии. В 1938 году он посетил Индию, куда был приглашен Индусским Католикосом Патриархом Мар-Василиусом, ознакомился с жизнью индийских христиан и их церковно-догматическими установлениями. В свою очередь, познакомил их с постановлениями и каноническими правилами Вселенских соборов, так как представители их иерархии не участвовали в последних четырех Вселенских соборах. В результате поездки архиепископ Нестор подготовил проект воссоединения малабарских христиан с Православной Церковью.
В 1945 году владыка встречал приветствием от верующих города Харбина победоносную Советскую Армию. В том же году назначен Святейшим патриархом Московским Алексием I управляющим Харбинской епархией, а в 1946 году возведен в сан митрополита Харбинского и Маньчжурского, экзарха по Восточной Азии.
В июне 1948 года митрополит Нестор был арестован в Харбине перед самым отъездом в Москву на празднование 500-летия автокефалии Русской Церкви. Советское консульство получило указание не допустить его прибытия в Москву, и в день отъезда он был арестован китайскими властями в Харбине по обвинению в шпионаже в пользу Японии, а затем передан советской стороне.. Когда его, Экзарха Восточной Азии, единственного из возвращавшихся в Россию архиереев, пытали сначала в китайских застенках, а затем во Внутренней тюрьме МГБ на Лубянке, и по обвинению в «активной враждебной деятельности против СССР» Советским судом приговорен к заключению в лагерь на 8 лет.
В вину ему ставилось участие в перенесении мощей святой преподобномученицы Елисаветы, организации Земского Собора во Владивостоке в 1922 году, издание книги «Расстрел Московского Кремля», строительство часовни Венценосных Мучеников и тому подобное. Находился в лагере поселка Явас (Мордовия) вместе с архиепископом Мануилом (Лемешевским) и святителем Афанасием (Сахаровым), с которым он впоследствии до конца жизни поддерживал дружескую переписку.
Когда владыка вышел из тюрьмы, последовало некое замешательство – как известный «антисоветчик» он не мог управлять какой-либо центральной епархией. В конце концов, его назначили на Новосибирскую и Барнаульскую кафедры. Владыка в течение нескольких месяцев объехал епархию, разрешил несколько конфликтов между священниками и храмовыми двадцатками, и стал принимать к себе бывших узников лагерей и тайно постриженных в катакомбной церкви монахов. Вскоре после категорического отказа владыки Нестора закрыть один из новосибирских храмов, его «по состоянию здоровья» уволили на покой.
В последние годы жизни владыка много ездит по епархии, совершает богослужения, проповедует слово Божие, протестует против закрытия храмов богоборческой властью.
Скончался митрополит Нестор 4 ноября 1962 года. Похоронен в ограде храма Патриаршего подворья Троице-Сергиевой лавры в Переделкино. Деятельный, целеустремленный, проницательный, требовательный к себе и другим, он прожил очень насыщенную жизнь. Его вклад в развитие Камчатки или помощь русским эмигрантам в Харбине трудно переоценить.